Принцип работы:
Линза фиксируется в поворотном зажиме, точно повторяющем форму шаблона оправы. Алмазный резец на жёстком шпинделе приводится в движение вращением маховика — обеспечивая плавное копирование контура с минимальной вибрацией.
Конструкция:
Корпус и несущие элементы из чугуна, латуни и закалённой стали. Рабочая площадка с градуированной шкалой гарантирует воспроизводимость размеров. Все подвижные узлы с минимальными зазорами и масляной смазкой для стабильности при работе с твёрдым оптическим стеклом.
Точность:
Погрешность обрезки 0,05–0,1 мм, соответствовала стандартам изготовления очков с металлическими, роговыми и эбонитовыми оправами.
Дополнительная обработка:
После обрезки кромка снималась специальными щипцами, затем полировалась на керамическом круге для получения безопасной фаски.
Применение:
Использовался не только в офтальмологических лабораториях, но и в часовых мастерских для обрезки линз в биноклях, прицелах и оптических элементах премиальных наручных часов (Lacher, Junghans, Wempe).
Технологический контекст:
До появления автоматических станков — незаменимый инструмент. Оператору требовалось тактильное чутьё: чувствовать сопротивление стекла, контролировать давление и скорость реза. Ошибка — трещина — означала потерю дорогостоящей линзы.
Наследие:
Сохранившиеся экземпляры являются редкостью: имеются в музеях оптики (Йена), часов (Глазго), у реставраторов старинных очков и коллекционеров.
Этот станок не просто инструмент, а символ эпохи, когда оптика была искусством: точность рождалась в руке мастера, а не в алгоритме.
Производитель неизвестен, 1920–1930-е годы
Экспонаты из коллекции OptiTech
